» День пакибытия Земли Русской

День пакибытия Земли Русской

День пакибытия Земли Русской

За три седмицы пред сим мы совершали празднество в честь Покрова Пресвятой Богородицы <…>. Празднуя в честь Покрова Взбранной Воеводы над Византиею, весьма естественно было подумать: а к нам Пресвятая Дева так же ли милостива, как к единоверным византийцам? Можно ли в истории Отечества нашего указать какой-либо случай, подобный Покрову Пресвятой Богородицы над Царьградом? Настоящий день, братие, служит ответом на это, и ответом самым радостным. Ибо мы празднуем ныне по такому случаю, который самым явственным образом показывает, что Покров Матери Божией простерт и над нашим Отечеством. <…>

За два столетия пред сим Отечество наше было постигнуто одним из величайших несчастий: на престоле Российском пресекся род Царей Рюрикова Дома. Что легче, по-видимому, как из многих миллионов избрать одного на Царство? Но опыт показал, что нет ничего труднее, как избрать Царя из подданных. Престол недолго остался праздным; но кто ни восходил, не мог усидеть на нем. <…> Наконец, настают времена полного междуцарствия, те времена, коих образец – во аде, ибо там вечное междуцарствие. Но для наших соседей-недругов это был самый благоприятный случай к торжеству над нами. Область за областью отторгается от России на юге и севере: Польша хочет нам дать своего, Швеция – своего Царя. Мы сами, изнуренные безначалием и междоусобием, начинаем думать, что и для прекращения домашней крамолы и соперничества, и для отклонения внешних браней нет другого лучшего средства, как возвести на престол России одного из потомков Ягеллоновых. Уже в московских храмах возглашается имя Владислава, уже пол-России за ним...

«Но иноземной ли, насильственно поставленной главе быть в мире с русским сердцем?! Разноверцу ли воссесть на престол святого Владимира, украшаться бармами Мономаха?!» Так мыслили те, в коих еще не подавлен был дух русский смутами отечественными и кознями иноземными. «Станем за Святую Русь, за дом Пресвятой Богородицы, за чудотворцев Алексия, Фотия и Филиппа; продадим жен и детей, но освободим Отечество!» – воскликнул истинный сын Отечества на берегах Волги; и глас его, как глас Архангела-воскресителя, пробуждает умы и сердца помертвевшие. Инок Палицын, гражданин Минин, боярин Пожарский, как бы самим Небом избранные представители всех сословий, восстают на брань против врагов, собирают ополчение и грядут освободить из рук врагов сердце Отечества – Москву.

Рать священная, коей подобной не было ни прежде, ни после; но как многого недостает ей! Она должна взять твердыни, защищаемые врагом и многочисленным, и упорным, который твердо знает, что с победою над нею за ним останется все Царство Русское, а с потерей сражения должно кончиться его владычество над ним самым плачевным образом; а между тем у сей рати недостает средств к своему содержанию, недостает самого оружия и, что всего важнее, недостает единодушия и в воинах, и в вождях.

Вот истощены уже последние средства к содержанию, кои доставляла святая обитель Сергиевская; вот значительная часть рати, волнуемая кознями самолюбцев, уже оставила стан отечественный и готова стать за врагов. Дух мужества, воспламенявший воинов православных, падает. Самое время помогает врагам; наступают осенние непогоды, столь благоприятные для осажденных и столь пагубные для осаждающих. Еще один неудачный приступ, один междоусобный спор – и первая вьюга зимняя развеет последние остатки рати священной. «Прости, свобода Отечества! Прости, Кремль священный! – так, вероятно, мыслил и говорил не один сын Отечества. – Мы сделали все для освобождения вас; но, верно, Богу неугодно принять жертву нашу и благословить оружие наше победою».

Между тем, сия чистая жертва давно уже была принята в воню благоухания. И как ей было не быть принятой, когда она, как увидим после, вознесена была к престолу благодати Самою Преблагодатною Девою? Провидение медлило благословить победою оружие православного воинства, чтобы успехи брани не были приписаны собственному мужеству. Посему, когда все надежды земные пали, когда оставался один шаг до отчаяния, помощь Небесная обнаружилась во всей непререкаемой очевидности. Каким образом? Внемлите и возблагоговейте пред Небесною Заступницею!

Среди осажденной столицы, между врагами, в тяжком плену и еще тягчайшем недуге, томился один из маститых первосвятителей, который, прибыв с Востока, нашел в Москве себе второе Отечество. Близкий к Небу по своему сану, он еще ближе был к нему по своим добродетелям; посему и удостоился быть посредником между Небом и землею. Среди полночной тишины вдруг келья его наполняется светом необыкновенным, и он зрит пред собою святого Сергия Радонежского. «Арсений, – рек преподобный болящему, – ваши и наши молитвы услышаны; предстательством Богоматери Суд Божий об Отечестве преложен на милость; наутро Москва будет в руках осаждающих, и Россия спасена». Как бы в подтверждение пророчества, болящему старцу вдруг возвращается здравие и крепость сил.

Радостная весть о сем, переходя из уст в уста, немедленно проникает за стены града – к воинству православному, и воспламеняет его непреодолимым мужеством. Дерзая о имени Взбранной Воеводы, христолюбивое воинство не видит более пред собою никаких непреодолимых преград; враги, несмотря на свое ожесточение, не могут более стоять на твердынях, – Кремль в руках россиян. Благоговея пред Небесною помощью, благодарное воинство в следующий день воскресный совершает торжественное молебное вшествие в возвращенную столицу; навстречу ему выходит тот самый святитель, который удостоился приять весть о помощи свыше. Изнесенная им чудотворная икона Богоматери казалась для всех взирающих на нее не мертвою иконою, а живым изображением Взбранной Воеводы, о имени Которой одержана победа. Падая на землю и проливая слезы, всякий стремился освятить себя прикосновением к чудотворному лику. И чтобы память о столь чудесном явлении Покрова Пресвятой Девы над Отечеством не ослабела от времени, положено единодушно творить ежегодно торжественное воспоминание его в настоящий день.

Судите сами после сего, как важен день сей для Отечества! Это день чудесного освобождения России от рабства иноземного и крамол внутренних, день пакибытия Земли Русской. Если бы престольный град остался в руках врагов, то, по всей вероятности, осталась бы в руках их и вся Россия; но Москва осталась бы в плену, если бы не приспело на помощь заступление Пресвятой Девы, ибо земные средства были истощены все. Посему день настоящий есть истинный день Покрова Пресвятой Богородицы над нашим Отечеством.

После сего нельзя не спросить: что обратило на предков наших матерний взор Небесной Покровительницы и приблизило к ним Ее дивную помощь? Обратили, конечно, более всего молитвы угодников Божиих, каковы святые Сергий, Алексий, Петр, Фотий, Киприан и прочие чудотворцы Российские, кои во время бедствия их земного Отечества не преставали молить о его спасении Господа и подвигли на ходатайство о нем Самую Матерь Его. Но израильский народ имел некогда не менее за себя ходатаев пред Богом в лице своих почивших праотцев и пророков, однако же был предан в руки врагов и, наконец, совсем отвергнут. И Господь Сам предварительно объявил через пророка: Аще станут Моисей и Самуил пред лицем Моим, несть душа Моя к людем сим (Иер. 15, 1). Значит, и молитвы святых за земножителей не всегда бывают услышаны. Почему же услышаны были молитвы святых за Россию? Потому, что когда святые молились за Израиль, сам Израиль не молился Богу отцов, а поклонялся богам иным; а наши предки не знали богов иных, но как в счастье, так и в несчастье обращались за помощью к Одному и Тому же Богу отцов своих, к Его Пречистой Матери и святым угодникам. Но к Богоматери, заметим еще, обращались и враги наши тогдашние, владевшие Москвой, и желавшие завладеть Россией, ибо и они были христиане; почему Она вняла молитвам не их, а россиян, и оказала Отечеству нашему такую дивную помощь?

Во-первых, – потому, что вероисповедание тогдашних врагов наших, хотя и христианское, не совершенно чистое, страдающее от смешения догматов Небесных с преданиями человеческими; во-вторых, – потому, что враги наши делами ниспровергали то, во что веровали устами, ибо не щадили не только мирных хижин, но и самих храмов Божиих, дерзновенно ругаясь святыне; потому, наконец, что незаконно силились овладеть Россией и, идя против нашего Царя, не оказывали должного повиновения и своему монарху, чем впоследствии унизили и погубили свое отечество. Не без слабости и недостатков были, конечно, предки наши, за что и подвергались великим бедствиям и дошли было до последней крайности; но и среди самых жестоких бедствий, в самой крайности обстоятельств, они умели сохранить веру в Царя Небесного и верность Царям земным; свидетель сего – их безпримерное усердие, с коим они все охотно отдавали за Дом Пресвятой Девы, за престольный град и Отечество. И вот Матерь Божия, видя их покаяние, смирение, усердие к святыне и самоотвержение, преклонилась к милосердию, а, преклонившись Сама, преклонила и Сына Своего на помощь нам. Се тайна Ее спасительного Покрова над Россиею!

Чему поучает нас сия тайна? Во-первых, – чтобы никогда не терять веры во спасение Отечества, каким бы искушениям и бедствиям судьбами Всевышнего ни угодно было подвергнуть его. Премудрость Божия любит народы, ей угодные, равно как и людей, ей любезных, искушать бедствиями, дабы тем более очистить, укрепить и возвысить их. Народ российский, как показывает история его, есть один из таковых народов. Сколько раз приближался он, по-видимому, к концу своего существования, и всегда воскресал со славою! И всегда при сем воскресении являлись со своим заступлением, как Ангелы Божии, святые чудотворцы Российские; являлась Сама Матерь Божия. После сего можно ли терять когда-либо надежду на спасение Отечества?!

Во-вторых, настоящий день поучает всех нас силе усердных молитв пред Богом, а особенно – молитв святых за нас. Не напрасно святой Сергий сказал Арсению: «Ваши и наши молитвы услышаны». Это значит, что без молитв земных не были бы услышаны и молитвы Небесные; равно как без Небесных не были бы, конечно, приняты молитвы земные. Посему во всех трудных обстоятельствах Отечества нашего, или наших собственных, молитва должна быть первым и последним средством ко спасению: молясь сами, мы должны воздвизать на молитву угодников Божиих, памятуя, что много бо может молитва праведнаго (Иак. 5, 16). Тем паче должны мы прибегать под кров Преблагословенной Девы, Которая всегда была и пребудет Утешительницею всех, притекающих с верою к Ее заступлению и творящих по сей вере. Я говорю: творящих по вере. Ибо еще повторю: к Матери Божией возносили молитвы и тогдашние враги наши, но не получили от Нее помощи, потому что не поступали сообразно своей вере, а предавались всякой нечистоте и оскорбляли святыню. Посему, кто желает удостоиться благодатного Покрова Ее, должен вознести к Ней, вместе с молитвою, если не добрые дела свои, то по крайней мере живую веру, смирение и покаяние. Это последний урок для всех нас от настоящего празднества нашего. Аминь.

Святитель Иннокентий Херсонский

Сочинения Иннокентия, архиепископа

Херсонского и Таврического.

Т. II. Слова и беседы на праздники

Богородичные. СПб., 1872.