» » » Записки алтарника. Архиерейская

основное / публикации

Записки алтарника. Архиерейская


Из цикла «Записки алтарника».

***

21 сентября, на Рождество Пресвятой Богородицы к нам на приход приезжал служить владыка. Расскажу, как все это происходит, вдруг не все представляют себе процесс. Прихожане ведь как: придут на службу, посмотрят все это великолепие — шуршащее, звенящее, вопиящее и взывающее, в клубах ладана да под мощный рев величания праздничка после литургии, умилятся архиерейской службой, окропленные щедро святой водой во время крестного хода вокруг храма, да домой топают, довольные, что благодати набрались особой, «владычной».

Ну а нам, тем, кто в храме, это время самое тяжкое… Начинается все чуть ли не за неделю. Драится храм сверху донизу, не только все имеющиеся в наличии работники прихода, но и прихожан собирают на субботник и воскресник (и понедельник, и вторник, и средник, и четвергельник, если понадобится) — храм-то большой.

А в алтаре в основном я все надраиваю по очередному кругу (ну, я привык, я алтарь не запускаю, мне хоть к воскресенью, хоть к архиерейской — чисто у нас, пропылесосить накануне да кадило опять начистить), да еще отец Александр свою часть делает.

Отец Василий пытался заставить в алтаре поработать отца Евстахия: сосуды почистить, облачение на престоле и жертвеннике сменить на голубое (пономарю ведь нельзя касаться престола и жертвенника, если кто вдруг не знает), да куда там. Отец Евстахий пришел, конечно, и тут же полез в шкаф, где кагор хранится — опохмелиться. Да не тот сразу взял, который «рядовой», на розлив, мы его большими баклажками покупаем напрямую от производителя (хотя, скажу по секрету, должны только с епархиального склада брать, таков порядок, но так как все-таки старший брат — секретарь епархии, то такие вопросы братья решают промеж себя и помимо склада… но я вам не говорил, если что), а «архиерейский» — греческий какой-то, очень хороший, его отец Василий специально из Греции привез для таких случаев. (В Греции он был типа в паломничестве этим летом, целый месяц, вместе с матушкой, хотя на самом деле… Но я опять отвлекся.)

Ну так вот, достал отец Евстахий «архиерейский» кагор — я и пискнуть не успел — и прямо из горлышка прихлебывает да мне рассказывает, где он видал эти архиерейские вкупе с этим отцом Василием, да вкупе с… И тут как раз отец Василий в алтарь и зашел… Увидел он бутылку заветную, сначала охнул, а потом рассвирепел, кинулся на отца Евстахия — я уж грешным делом подумал — душить будет. Но нет — просто отобрал бутылку, запечатал обратно, припечатал отца иеромонаха непечатно и трехэтажно своим визгливым голоском и выгнал его из алтаря. А бутылку с собой унес, чтобы чего не вышло.


После этого был вызван отец Александр срочно — делать работу указанную.

Мы с отцом Александром не то чтобы дружим, но так, общаемся. Он мне порой и рассказывает всякие поповские новости (ну и отец Евстахий тоже, но тот просто монологами всю подноготную готов рассказывать, никого не стесняясь). Я как-то впрямую отца Александра спрашиваю: знает ли он, какую сумму наш настоятель платит архиерею за визит. То есть я знаю, конечно, что все приходы платят в обязательном порядке: архиерею, тем, кто с ним приезжает, секретарю, но вот точные суммы никто не говорит — только в интернете иногда проскальзывает, но там не поймешь — какие-то заоблачные цифры пишут, да и непонятно, насколько большие те приходы, что эти деньги отдают.

Отец Александр посмеялся, конечно:

— Думаешь, я могу такое знать? Я, кроме своей зарплаты, больше ничего о деньгах прихода не знаю. В лавку мне даже заходить не позволено, тем более — совать нос в бухгалтерию. Ты сам пойди — у матушки Тамары спроси, — подмигнул он мне.

Я тоже посмеялся. Ага, а еще можно в клетку ко льву голодному сходить…

Но сумма явно немаленькая. Я это сужу по тому, что после очередного архипастырского визита на наш приход нам всегда задерживают зарплату на неделю, а то и две: «Денег нет! Потерпите, касса пустая!»

Чтобы наш настоятель конвертик совал архиерею — я никогда не видел. Да и вряд ли в том есть нужда — все же старший брат-секретарь есть, думаю, они эти вопросы решают «тайнообразующе».

В общем, настал заветный день — утром ждем владыку. Трепещем, потеем, пот холодный со лба утираем — кто как. Не все, конечно. Певчим хорошо — их вообще распустили, потому что они архиерейскую никак не потянут, владыка с собой привозит хор. Наденька хоть вздохнула с облегчением, а то потеряли бы мы, бедную, свезли бы ее или в больницу — после обморока посреди архиерейского входа или выхода какого-нибудь, или в дурдом после службы. А то и раньше.

(Простите, я знаю, у меня дурацкая манера — отвлекаться в «боковые ветки» от повествования.)

Так вот владыка. Митрополит Нифонт, точнее. Он у нас уже давно в епархии. Сначала руководил неразделенной, а теперь, когда ее на три части поделили, он, как полагается, стал главой митрополии, хотя приходов у него осталось раза в три меньше. Ну, зато и приезжать к нам стал намного чаще — раньше даже не каждый год заворачивал к нам (мы от областного центра не близко), а теперь раза три-четыре в год приезжает «помолиться» с нами, простецами.

Опять отвлекусь. На новые епархии поставили двух новых архиереев — одного какого-то молодого рукоположили, прислали, ему еще и сорока нет. Так слухи ходят, что батюшки тамошние стонут от него: как приехал, так давай всех тягать — на то деньги давай, на машину давай, на облачения, на «келию», на епархиальное управление, на штат всякий… А епархия у него скромная, деревенская в основном — отцы воют, налоги поднял раза в три, попробуй не заплати — сразу лютует…

А во второй епархии не лучше (это уже отец Евстахий рассказывал, он хорошо того архиерея знает по прежней жизни) — туда наш владыка Нифонт поставил в епископа одного игумена из мужского монастыря, где когда-то подвизался и Евстахий наш. Так про того наш иеромонах тоже матом рассказывал, да все время сплевывал с ненавистью. Мол, из этих он, ну, которые, как их в интернете называют, «заднеприводные»… Лобби которые цветное…

У того и в монастыре порядки были отвратительные, ну а теперь, как Евстахий рассказывал, он своих любимчиков к себе в епархию забрал, посты им всякие дал, лучшие храмы… В общем, печальная история.

На их фоне наш митрополит куда как приличнее смотрится. Ни в лобби его никто никогда не записывал, да и отцов он не особо дерет, а так, по-отечески, в пределах нормы. Правда, все равно при нем всем рулят такие отцы, как братья К-цы, но все идет своим чередом уже не первый год и даже десятилетие, все попривыкли, пообтерлись. У нас нет такого в епархии, чтобы то и дело отцов перекидывали с прихода на приход, или какие-то ужасы прям рассказывали. Никого вроде не пытают в застенках епархиального управления — да и ладно. Если батюшки платят и не высовываются, то и живут себе помаленечку.

В общем, приехал наш владыка. В прошлом месяце у него была дата архиерейской хиротонии круглая, поэтому авто у него было новое — белый Мерседес. Я в них не особо разбираюсь, но хороший такой, солидный. В прошлый приезд, кажется, на Ауди приезжал.

В храм на архиерейскую собрались все трое братьев К-цов, один игумен из монастыря да наших местных деревенских отцов согнали. Забавное зрелище — четыре таких дородных, грозных «олигарха» около архиерея стоят у престола, глазами зыркают, а потом еще четыре — все как один тощие, бороденки всклокоченные, глаза испуганные, плечи сутулят, боятся выдохнуть и вдохнуть, как бы чего не вышло.

А, ну наших отцов нету: отца Александра отправили исповедовать во время службы в уголочке храма, и типа он требный, а отца Евстахия вообще с глаз подальше убрали — заперли в той келье, в приходском доме, на втором этаже, где он живет, и велели деду Матвею, сторожу, следить, чтобы не вышел и куролесить не начал, а то опозорит перед архиереем настоятеля. (Как потом выяснилось, дед Матвей знал только один способ «следить» за отцом иеромонахом — сесть выпивать вместе с ним…)

Служба прошла в целом нормально, без эксцессов: команда у владыки Нифонта давнишняя, слаженная — иподьякона шустрые, хор — профи, протодьякон — степенный и горластый, пожилой уже. Ладан у нас тоже был лучшего качества, кагор — греческий, я из пономарки не высовывался, только следил, чтобы все было вовремя, гладко. Меня даже читать Апостол не выпустили, хотя я его всегда читаю, — побоялся настоятель, — один из иподьяконов читал.

Митрополит наш хорошо служит, благолепно. Уж он-то матом в алтаре не крикнет, у него все чин чином, и все батюшки хоть и трепещут, но к концу службы успокаиваются. Хотя потом опять начинают волноваться: во время проповеди одного из священников, после причастия клира, остальные в алтаре подходят к владыке под благословение — он с ними перекидывается парой слов: когда ласковых, а когда и хмурится, ругает кого, если наш отец Василий — он же благочинный — кого в плохом свете выставил, а он это любит, попугать своих деревенских лопухов, показать власть.

Наш митрополит проповеди говорить не любит, не мастак — просто поздравит всех прихожан с праздником, а потом его ведут в трапезную, откушать после службы. Он пока идет, на головы прихожан руку кладет — все так и норовят подлезть, детей подсунуть, наши пару дурачков приходских тоже тут как тут, но их не гонят, они привычные, безопасные — и владыка к ним ласков.

На трапезу, конечно, лишних людей не зовут. Пономарей, например. Архиерей, его свита, служащие священники, местный атаман казачий да если заглянет глава района на службу (вот как и в этот раз было, он даже с женой пришел, их обоих и пригласили потрапезничать).

К трапезе той тоже готовятся заранее: на неделе матушка Тамара туда-сюда носилась: то ящики с вином принимала (и с водкой были, что тут скрывать), то фрукты, то красная рыба, то жаркое, то то, то это… Остатки с той трапезы — жалкие, но все же — попадают даже на следующий день в общую трапезную, где мы, работники, питаемся. Вкусно, что тут скажешь: салаты отличные, рыба, котлеты, конфеты шоколадные, каких в магазине в нашем городке не встретишь… Вино, правда, на стол к нам не попадает, да и не принято, чтобы у работников в трапезной спиртное было, ну, кроме как на Пасху да Рождество.

Все бы прошло мирно, если бы не испортил отец Евстахий. Когда уже владыка собирался уезжать, садился в машину, а потом все прочие, случился казус: из окна кельи, где жил Евстахий, высунулась его всклокоченная голова с красными глазами:

— Эээой! — завопил он радостно и защерился. — Владыченько Нифонте, милаай мой! Благословиии, отец родной, до гробовой доски! — и замахал руками, как потерпевший кораблекрушение на затерянном острове при виде проплывающей вдали яхты патриарха. А сзади дед Матвей чего-то бормотал и пытался оттащить монаха вглубь комнаты.

Отец Василий так и присел в ужасе. Но владыка только поморщился недовольно, что-то сказал водителю, и машина покатилась за ворота… А за ней и все остальные.

Только отец Евстахий продолжал кричать им вслед весело, с матерком:

— А что, лять, не блаславил?! Ай, владычко, чтоб тебя, родного! Ну да Бог тебя самого благослови! И тебя, Вася, тоже, ля! И всех вас, мать сыра земля, благословии!.. — и стал икать.

А потом стал орать отец Василий на всех нас, глазеющих: мол, разошлись по своим делам, нечего тут! Наводите порядок!

И мы разошлись. Так и прошел праздничек. С архипастырским благословением.

info@3rim.info
  • 231

Комментарии к новости

    Информация

    Сообщаем Вам:

    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

ДРУГИЕ НОВОСТИ