» » » Отец Спиридон

публикации / общество

Отец Спиридон


1-ая публикация: Народоправство. 1917. № 8. С. 4-5.

I

Перед войной, когда жили мы не спеша, удалось мне до самого океана пройти весь северный край, все это правительство погибшее и ныне имеющееся, как притча, снутри живого, обычного. Встречи с людьми далеких времен посещали в лесах, на берегах порожистых рек и спокойных озер. Мешались по воле сказителей времена и сроки, но одно было у всех:

— Недалёк час, — разговаривали они, — быстро Владелец будет собирать сбор, плоды падают зрелые, нивы издавна побелели.

С улыбкой, как сказку, слушали мы тогда о признаках конца этого света: что телеграфная проволока опутала землю, что люди стали ходить под крышами-зонтиками, что все сосчитали, и землемерная цепь антихриста пролегла по всем заповедным лесам севера. Теперь, во время войны, без усмешки оглядываешься в ту сторону и думаешь: «Уж и вправду ли не сбывается, не Хозяин ли это у нас собирает собственный сбор?!»

Обойдя все это погибшее правительство так, словно шел по земле, былей некогда морским дном, под конец я посетил ветхий город, столицу этого страны. Город приостановил меня красой большого множества древних храмов, а в лике всюду изображенного Христа было странноватое сходство с чертами суровых лиц поморов, и как словно он говорил, как поморы:

— Недалёк час, быстро Отец Мой начнет собирать сбор, ветки склонились от зрелых плодов, нивы издавна побелели.

Жизнь истинного медли была в этом городке ничтожная, как рубище нищего. Но терялась мера текущего медли в этом городке, и часто я здесь забывал даже часы завести. Время тут люди считали по звону к заутрене, к обедне, к вечерне.

— Ну, что ваши говорят?— спросил один.

Иной отвечает:

— Стоят, да вот сейчас к вечерне звонили.

Сколько сказаний, легенд и преданий сохранилось в городе: вот камень, на котором один святой приплыл сюда из Рима, вот умывальник, куда святой заключил черта и потом ездил на нем верхом, — это всем знаменитое. А сколько тут неизвестного — ни перечесть, ни пересказать, двор каждого жителя — не разрытый курган. Необыкновенно нравилось мне одно сказание в мертвом городке, как некогда из оскверненного места в лесную глушь церковь ушла с семью праведниками и там пребывает: умирает один из семи, на его место является новейший, и так постоянно, до скончания мира эти семь молятся, и этим держится, не обрываясь, род человечий.

II

Есть в этом городке священник отец Спиридон, человек ветхий. Живет он, как обычный священник, в одном из деревянных церковных домиков, женат, имеет деток. Матушка, тоже ветхая, еще с ним, детки разбрелись по свету. Когда я захожу к старику, то всегда вспоминаю сказание о семи праведниках. Стою на ступеньке дома, в зимний период заваленной снегом, без следа человеческого, с волнением ожидаю: «Жив ли, не ушел ли?» Вытягиваю из ворот проволоку, пускаю, что-то звенит, лает собака, а калитка все не отворяется. Я уже привык к этому долгому ожиданию, знаю, что матушка в это время мечется, ищет что-нибудь накинуть на себя. Раскрывается форточка, показывается лицо ее: отец Спиридон еще с нами. Гремят, звенят крючки, замки, всякие томные запоры-засовы: за семью затворами живет человек, мимоходом пройдешь, ничего не увидишь. Я, превосходный знакомый, и то, сколько привыкаю к тишине, окружающей старика.

— Матка!— зовет время от времени отец Спиридон свою матушку.

Она возникает с подносом, вся в ровных мелких морщинах и с таким вещным взором, что ничего от нее не укроется: пролети паутинка — дунет, проползи паучишка в булавочную головку — схватит. Увидела нагар на свечке, ни за что не успеешь разобрать, как она его удалила, лишь видишь — меркнет свеча без темного крючка в пламени.

— Ты что это?— рассеяно спрашивает отец Спиридон.

И матушка на это постоянно отвечает каким-то «фигаро». Я долго не понимал, что бы означало это «фигаро», и по правде до сих пор не знаю, лишь думаю, что «фи», значит, гадко, позже еще гарь, и вместе выходит солидное для гостя заглавие французской газеты «Фигаро», а главное сокращает сложную фразу: «Ничего, ничего, это я так, разговаривайте, дрянь тут нагорела, так вот я ее…»

Шмыгнула матушка; и опять у нас с отцом Спиридоном не ладится разговор, у меня мелькает различное такое «фигаро», а он рождает слова, как деток, в муках.

Великую свою тайну открыл мне отец Спиридон в одну из таких минут: разов открыл мне отец Спиридон, за кого он вынул частицу с проскомидии, за Льва Толстого, за Льва!Слово за слово разговорились, и еще узнал я: за папу римского издавна уж молится отец Спиридон, за Лютера, за князя Кропоткина, как шла жизнь, о чем думал — выискал лиц тех, и вынимал частицу, и так их много, живых и мертвых жителей нашей планеты скопилось в церкви отца Спиридона. Тут были французы, немцы и евреи, и христиане, и язычники, и кого-кого тут не было. Для всех них отец Спиридон строил большой храм, сходственный храму Соломонову. Это храм св. Троицы, где весь мир сходился во имя Отца и Отпрыска и Святого Духа.

III

В начале войны я посетил отца Спиридона. «Как-то он теперь молится, — думал я, — во время войны за соединение всех жителей нашей планеты в одну церковь?» И вот опять я сижу у знакомого круглого столика. Отец Спиридон подходит к окну, всматривается, прислушивается. Новейшие, диковинные звуки врываются в тишину его жилья: крики дам, как на похоронах заплачки, скрип тележки погибели и песни солдат. В этот вечер окончились там какие-то великие приготовления, и все двигалось вперед. Мы видели, как по улице прямой к выходу из города на запад, где садилось теперь солнце, с песнями двигались войска, рядом с ними шли с узелками в руках вопящие женщины, и там далее за городом, куда хватит глаз, до самого солнца, все были штыки. Там все напевали, а здесь вопили.

В необычайном волнении отец Спиридон произнес:

— Я на минутку был с ними, и меня потянуло… меня…

Это было начало нашего разговора, и в этот вечер я узнал, что храм св. Троицы все строился, и отец Спиридон теперь молится за виновника войны.

— За Вильгельма?— спросил я.

Ошибочно и некстати вышел мой вопрос. Нет, не за Вильгельма: отец Спиридон отыскал в себе силу вынуть частицу…

— За то существо, — как выразился отец Спиридон.

И будучи не в силах выговорить «дьявол», поведал мне, как он понимает «то существо» — причину войны.

В этот разов, опять как словно про отца Спиридона я записал в этом старом городке иное сказание: в одной церкви служил священник живым людям обедни; когда плохо стало между этими живыми, священник скрылся и невидимый стал ночью служить людям погибшим. Так и говорят в этом городке ветхие люди, когда слышат звон посреди ночи: «Это невидимый батюшка служит обедню покойникам».

:






Комменатрии к новости

    Информация

    Сообщаем Вам:

    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации. Чтобы Вы могли оставить свой комментарий, необходимо зарегистрироваться

ДРУГИЕ НОВОСТИ


  • -->