» » » Иван Грозный не зря создал опричное войско...

основное / новости

Иван Грозный не зря создал опричное войско...

Иван Грозный не зря создал опричное войско...

«Те, кто внимательно наблюдает за политической жизнью в
России не может не обратить внимание на то, что уровень противостояния
различных властных (политических) группировок очень сильно вырос, - отмечает экономист,
президент компании экспертного консультирования «Неокон» Михаил Хазин в своей
статье «Noblesse oblige - 19: или Зачем раскачивать лодку», опубликованной на сайте
Хазин.ру. - Казалось бы, с чего вдруг, ведь нормальная реакция элиты в условиях
кризиса должна состоять в прямо противоположном результате: она должна
сплачиваться, с целью отбить атаку, вражескую или объективных процессов. А тут
все наоборот. Почему?»



«Такая же ситуация, скажем, на Украине, но там вообще нет
национальной элиты, там просто компрадорско-олигархический режим, - не
сомневается эксперт. - Он по другим законам работает, точнее, внутреннее
устройство у него такое же, но реакции на раздражители совершенно другие. Там
по мере нарастания проблем у властных группировок только усиливается
"таскательный" рефлекс и никто уже о будущем не думает».



В нашей стране, полагает Михаил Хазин, тоже есть такая
проблема, поскольку либерально-компрадорскую часть элиты никто не отменял. «Поскольку
у нас, - поясняет он, - в отличие от Украины, есть национально ориентированные
элиты, компрадоры бы и рады сидеть тихо и договариваться в условиях трудностей
(особенно тогда, когда их партнеров на Западе обвиняют и небезосновательно в
нападках на Россию). Но вместо этого они активизируют возмущение в обществе
против власти (то есть, в реальности, и против себя тоже) и, более того,
усиливаются атаки друг на другу у «патриотических» властных группировок. Они
что, больные?»



«Разумеется, точного ответа на этот вопрос дать нельзя, но
порассуждать можно, - отметил экономист. - Отличие от ситуации двух-трехлетней
давности, когда как раз все объединялись для защиты от опасности, состоит в
двух обстоятельствах. Первое заключается в том, что все разумные люди поняли,
что модель власти в России больше не работает. Ну, то есть, совсем. И история с
пенсионной реформой не открыла «ящик Пандоры», а просто поставила жирную точку.
А это значит, что страну ждет серьезное переформирование и, как следствие, не
менее серьезное переформирование ждет как систему взаимодействия властных
группировок, так и их самих».



Второе обстоятельство, в некотором смысле, является
следствием первого, считает эксперт, поскольку общество окончательно
осознало, что либеральная часть элиты является компрадорской и никогда не
думала об интересах общества, и, разумеется, не будет никогда думать об этом в
будущем, популярность этой политической группы сильно упала. Настолько сильно,
что в реальном общественном поле она просто исчезла. Но в элите она еще
достаточно сильна, отметил Михаил Хазин. И для нее стало абсолютно  очевидно,
что поражение в период схватки, связанной с развитием кризиса, станет последним
поражением. Поскольку она просто исчезнет, как элитная группа и станет просто
набором жуликов и коррупционеров, каждый из которых защищает себя лично.



Иными словами, нужно выигрывать, призывает экономист. «А для
этого нужен внешний ресурс (почему все представители этой группы так активно
включились в антипутинский заговор, о котором я уже много писал) и нужно
максимально активизировать схватки между "патриотическими" властными
группировками. Из-за чего так усилился «фейковый» процесс в СМИ и интернете.
Вопрос: а «патриотические»-то группы почему «повелись» на эти провокации?» -
недоумевает он.



По его мнению, ответ очень простой: «Они-то тоже понимают
масштаб предстоящих изменений. Они понимают, что в ближайшее время появится мощный
ресурс в виде активов либеральных групп, которые начнут уступать и откупаться.
Они понимают, что будут ликвидироваться слабые «патриотические» группы, которые
тоже начнут отдавать свои ресурсы. И, наконец, они понимают, что в процессе
схватки придется сильно увеличить свою публичную активность, для чего уже
сейчас нужно собирать новых людей. В том числе и для того, чтобы потом
набранными активами управлять».



В результате они начинают «толкаться» куда более
сильно, чем раньше, отмечает Михаил Хазин. «Просто иначе не получается. И это
означает, что этап «консолидации», который характерен для начала общего
кризиса, уже пройден. Все уже поняли, что отбиться от проблем не удастся, что
придется  драться всерьез. В том числе с конкурентами в элите. И
точка невозврата была пройдена прошедшей осенью. Всё, шутки в сторону, началась
схватка», - предупредил эксперт.



Как он полагает, это достаточно типовой момент в развитии
любой властной системы. Причем он даже не всегда связан с ухудшением ситуации,
аналогичный кризис может быть и на быстром росте. «Это хорошо знают основатели коммерческих
структур, у которых случился быстрый успех, - пояснил он. - В какой-то момент
все проблемы одновременно обостряются, иногда это приводит к гибели всей
структуры. И вот аналогичная ситуация у нас в стране. Те модели, которые были
выстроены в 90-е и адаптированы в 2000-е, окончательно сломались и работать
перестали».



«Как понятно, это требует сильных изменений в элите. Часть
элит должна уйти, чего она, как понятно, делать не хочет. Нужно найти новых
людей, но как их искать и как тащить наверх, при том что вся система будет
активно противостоять этому процессу? Этот процесс совершенно не
институционализирован и как его организовывать не очень понятно. Вот все
властные группировки и начинают рекрутировать людей, но каких и зачем они сами
далеко не всегда понимают. Что приводит и к росту предательств и к
большому количеству ошибок, которые совершают новые люди от излишнего
энтузиазма, отягощенного полным отсутствием стратегического понимания момента»,
- подчеркнул Михаил Хазин.



Теоретически, рассуждает эксперт, нужно бы создать
институты, которые бы этой стратегией занимались. «Разные активные люди
предлагают лидерам властных группировок разные проекты, с названием типа
«институт русской мечты». Но вот тут-то начинаются главные проблемы, которые
носят не субъективный, а объективный, институциональный характер. Ну, представим
себе, - предлагает он, - что некий энтузиаст встречается с лидером властной
группировки на предмет создания такого института. Зачем это представителю
властной группировки понятно - это, в условиях политической нестабильности,
очень эффективный инструмент. А что имеет в виду получить по итогам этой
встречи энтузиаст?»



«А ясно что, бюджет. Но дело в том, что бюджет у властных
группировок в общаке, руководство которым институционализировано. И по итогам
встречи (позитивной), энтузиаст отправляется к главе этого института. Он ждет
денег, а получает в ответ требование сметы. Причем не просто сметы, а по форме.
Проходит какое-то время, смета в муках рождается (поскольку энтузиаст же еще
должен в нее заложить те пункты, за счет которых он будет вынимать деньги для
личного использования), но вместо бюджета энтузиаста знакомят с новым
директором его института. Поскольку бюджетами в рамках общака могут заниматься
только специально обученные люди, к которым он не относится.



В лучшем случае ему предлагается должность заместителя
директора по науке и право назначить 2-3 начальников отделов. В худшем - просто
ставка главного научного сотрудника. И то, и другое, разумеется, без бюджета, а
на окладе. После чего энтузиаст начинает рваться на новую встречу с
руководителем властной группировки. Ну, если у него совсем нет денег, он
соглашается получать зарплату, но поскольку он за нее ничего не делает (и
делать не будет, поскольку, с его точки зрения, такая ситуация является
оскорблением и издевательством), то довольно быстро его увольняют. И состоится
вторая встреча с лидером или нет уже никакой роли не играет. Институт или
остается как вывеска, или исчезает - содержательная часть при этом отсутствует
полностью», - пишет эксперт.



Михаил Хазин считает, что описанное им - это типовая модель:
«Не только у нас и не только сейчас. Потому что любая устойчивая модель 
склонна институционализироваться (см. законы Паркинсона), а устойчивые
институты крайне болезненно относятся к попыткам внешнего реформирования. И по
этой причине их часто легче просто ликвидировать и создать что-то новое, чем
реформировать. Но ликвидация властной группировки (а, тем более, нескольких),
это уже почти революция... И вот как в такой ситуации быть? Иван Грозный не зря
создал опричное войско (собственно, это хорошо известная в истории типовая
схема серьезных реформ), но опричники для того и нужны, чтобы сломать
сложившуюся институциональную структуру управления. А если ее не сломать, то
никаких реформ не будет. А если сломать, что дальше-то делать? А если не
делать, то будет продолжение кризиса...».



Вот властные группировки и зашевелились, отметил Михаил
Хазин. «Они уже понимают масштаб предстоящих проблем, но их внутренняя
институциональная структура противодействует любой попытки к ним подготовиться.
И лидеры властных группировок целенаправленно стимулируют их к усилению конкуренции,
в надежде все-таки заставить своих сотрудников работать. При том что последние
и рады бы работать, но для этого нужно изменить собственные внутренние
институты, а это задача невероятно сложная, если вообще возможная. В общем,
продолжающийся экономический кризис (у нас) вызвал кризис институциональный.
Это типовой этап любого кризиса власти, в любой стране, и то, как мы его
преодолеем (или не преодолеем) и покажет, сможет ли Россия смотреть в будущее с
оптимизмом», - заключил эксперт.

  • 498

Комментарии к новости

    Информация

    Сообщаем Вам:

    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации. Чтобы Вы могли оставить свой комментарий, необходимо зарегистрироваться

ДРУГИЕ НОВОСТИ

  • -->